Шаг вперед, два шага назад?

СЛУХИ О СКОРОЙ КОНЧИНЕ РПУ МОГУТ ОКАЗАТЬСЯ СИЛЬНО ПРЕУВЕЛИЧЕННЫМИ

«Законопроект о любительском рыболовстве весьма сложный, но сейчас вопросы, которые волновали любителей, решены в рамках действующего законодательства», – сказал на днях новый руководитель Росрыболовства Илья Шестаков, отвечая на вопросы корреспондента ИТАР-ТАСС.

Жаль, корреспондент ИТАР-ТАСС не спросил Илью Шестакова, что это за проблемы, которые, как он полагает, волнуют любителей. Может быть, глава Росрыболовства, он же замминистра сельского хозяйства, проводил соответствующие исследования? Организовывал социоло­гические опросы рыболовов? Если так, хотелось бы узнать, где эти исследования опубликованы.

Впрочем, зачем такие сложности. Чиновники лучше нас самих знают, что нас волнует, а что нет. Пора уже к этому привыкнуть. Интереснее другое. В том же интервью Шестаков заявил, что законопроект о любительской рыбалке «не является первоочередным и требует тщательного анализа на различных площадках».

Напомню, что депутаты собирались его рассмотреть во втором чтении этой весной. Означают ли слова Шестакова, что принятие законопроекта откладывается? И на каких еще площадках его надо рассматривать, когда его и так где только не рассматривали?

Похоже, что эти недоговоренности и невнятные формулировки неспроста. Вот и министр сельского хозяйства Федоров на правительственном часе в Госдуме в прошлую среду произносил не менее симптоматичные речи. На вопрос депутата Огуля о ситуации с законопроектом о любительском рыболовстве Федоров ответил, что решение по дальнейшей судьбе этого законопроекта «будет приниматься консолидированно». Можно подумать, что судьба других законопроектов у нас решается не консолидированно, а как-то по-другому.

А еще министр Федоров высказался по поводу владельцев действующих РПУ. Что, дескать, оставлять без компенсаций бизнес, который вложил средства в РПУ, власть не имеет права, и за ликвидацию рыбопромысловых участков бизнесу нужно будет выплачивать соответствующие компенсации.

Что все это значит? Почему на смену энтузиазму по поводу скорейшего принятия такого крайне назревшего и позарез необходимого стране закона, который наблюдался минувшей осенью, пришли эти прямо-таки упаднические настроения?

На самом деле, смысл коллективного месседжа, который послали министр и его зам, вполне очевиден: все проблемы, волновавшие рыболовов, решены, а посему спешить с законопроектом нет нужды. Тем более, что он такой сложный, а его принятие чревато еще и бюджетными тратами на компенсации эрпэушникам за их порушенный бизнес.

Не буду отвлекаться на непростой вопрос об ущербе, который могут понести хозяева РПУ, и на волнующие рыболовов проблемы. Главное тут – что закон о любительской рыбалке «не является перво­очередным». Надо, стало быть, понимать, что принятие этого закона откладывается на неопределенный срок. Хорошо это или плохо? Ответ зависит от того, в чем причины такого поворота в умонастроениях в верхах.

Если министр Федоров и его зам Шестаков уразумели наконец, что законопроект этот настолько несуразный и никому не нужный, что никакими «поправками ко 2-му чтению» его не исправить, – это хорошо. Мы, в смысле Союз рыболовов, именно это с самого начала и твердили на всех площадках, куда только могли попасть. Тогда появляется надежда, хоть и призрачная, что законодательством о любительской рыбалке займутся всерьез, а не во спасение пресловутых РПУ и их хозяев.

Но в такой поворот верится с трудом. Более правдоподобным выглядит другое объяснение этой метаморфозы. С самого начала главным камнем преткновения в дебатах по поводу законопроекта был вопрос о рыбопромысловых участках. В конце концов, консолидированными усилиями рыболовов-любителей, прежде всего Москвы, Самарской области, Сахалина и Татарстана, и с помощью активистов Обще­российского народного фронта, включая и депутата Леонида Огуля, удалось убедить Минсельхоз вообще отказаться от самого понятия РПУ (и от предложенного взамен РУ – рыболовных участков). Эрпэушное лобби в лице главным образом владельцев астраханских турбаз пыталось сопротивляться, но не слишком успешно. Их причитания по поводу истощения запасов рыбы неважно смотрелись на фоне фотографий, в изобилии вывешенных на их же сайтах, где довольные клиенты баз позируют перед грудами выловленной в весенний запрет рыбы.

Однако на последнем витке борьбы против РПУ в дело вступило другое крыло эрпэушного лобби – владельцы рыболовных лагерей на Кольском полуострове. Клиенты этих лагерей ловят семгу, и стоит это удовольствие очень недешево. И дело тут даже не в самой семге. Дело в том, что приезжающие на такую рыбалку состоятельные господа хотят наслаждаться природой в одиночестве. Чтобы никто посторонний рядом не болтался и не портил окружающий пейзаж. За это и платят. Ликвидация РПУ грозит эту идиллию по­рушить, а следовательно, и сам бизнес, на ней основанный.

В отличие от астраханских эрпэушников кольские бизнесмены на официальных площадках в Минсельхозе и в Думе в последнее время особой активности не проявляли. Судя по всему, главную ставку они сделали на другие методы, что логично, поскольку и возможности у них другие. Ведь в самых верхних эшелонах власти – и среди депутатов, и среди чиновников – есть много людей, которые весьма уважают семужью рыбалку на Кольском. Так зачем, спрашивается, упираться и спорить во всяких рабочих группах, когда можно решать вопросы напрямую? И вот уже доходят слухи, что видный представитель лоббистов Геннадий Жарков (фонд «Русский лосось») был замечен не где- нибудь, а в коридорах аж Администрации Президента. Не знаю, конечно, с какой целью он там побывал, да и побывал ли вообще, но уж больно странно активность «семужьего лобби» совпала по времени с новыми веяниями в Минсельхозе и Росрыболовстве.

Все это печально. Похоже, Минсельхоз не готов пойти на то, чтобы VIP- базы Кольского лишились своего эксклюзивного положения, а как сделать так, чтобы и РПУ ликвидировать, как обещали, и лагеря на Кольском не обидеть, – никак не придумают. Вот и решили притормозить – авось как-нибудь рассосется.

Может, я и ошибаюсь, конечно. Время покажет.

Автор Алексей Цессарский, Москва